На «Евровидение» ворчат и сердятся, его упрекают в предвзятости и политизированности – не шоу как таковое, конечно, а все, что происходит вокруг; то с подсчетом голосов беда, то с ориентацией исполнителей, а уж голосование «за любимого соседа» и вовсе стало притчей во языцех. Никому не нравится, что пятеро стран, учредивших состязание в 1956 году и до сих пор являющихся его главными спонсорами (Великобритания, Франция, Германия, Испания, Италия), делегируют своих представителей прямиком в финал, минуя отборы. Упреки в том, что «Евровидение» давно уже не открывает миру таких громких имен, как «Абба» или Селин Дион, тоже не утихают.
Но сам конкурс обладает при этом невероятной притягательной силой. Аудитория его с каждым годом растет – в мае 2014 года 180 миллионов зрителей сидели у телевизора как приклееные и еще около 100 000 у компьютера, наблюдая за интернет-показом; «Евровидение» транслировалось даже на Канаду, США, Новую Зеландию, Австралию, Индию, Египет, Ливан, Южную Африку, Южную Корею, Казахстан и Киргизию. Хотя у них, спрашивается, что за интерес.Все равно они ни на что повлиять не могут.
А ведь это, наверное, главное: чувство, что ты можешь повлиять на результат. Зажечь звезду, вложив всего несколько центов. Сотворить маленькое чудо.
К тому же «Евровидение» – это всегда очень красиво. И ничего удивительнольного, что к венскому стадиону «Винер Штадтхалле», где 23 мая 2015 сойдутся лицом к лицу все претенденты на победу, очередь за билетами люди занимали до рассвета. Покупатель под № 1, молодой человек по имени Доминик Бергхофер, мерз у кассы с 5 утра. И приобрел для себя и друзей самые дорогие билеты – по 390 евро за штуку (а вообще цены начинаются со вполне доступных 14 евро).
Одновременно с физическими продажами стартовали и электронные. Стартовали и почти сразу финишировали – собственно, поэтому знающий народ и предпочел обзаводиться билатами самолично, а не по Интернету: под натиском желающих попасть на шоу сайт завис и рухнул.
Через треть часа все было кончено. Кто успел, тот счастлив, а остальным надо ждать до конца января, когда на прилавок выбросят следующую партию дефицитных билетов.
Время это пролетит стрелой. Особенно для устроителей национальных отборов – у них сейчас самая страда. Это относится и к Латвийскому телевидению (представителей нашей страны, как вы помните, несколько лет подряд преследуют обидные неудачи). В этом году решено положиться исключительно на мнение профессионалов. Но не путем кулуарных обсуждений, как в России, а по итогам нового конкурса Supernova. Он создается для того, чтобы Латвия как следует присмотрелась к исполнителям, которые достойны выступать от ее лица. Чтобы нашлась наконец та самая песня, которую полюбит вся Европа, и тот артист, которого не забудут на следующий день после состязания.
Заявки принимали от всех желающих вплоть до прошлой недели. В феврале узнаем, что поедет в Вену. Кто НЕ поедет, уже известно: от участия в «Евровидении» отказалась Украина. Там не до песен.
